Актуальное и потенциальное пространство-время - Пространство и время с точки зрения информационного подхода

^ Актуальное и потенциальное пространство-время.
Тот факт, что употребление понятия пространства-времени начинается со слова “пространство,” отражает объективное свойство мира, в котором существует человек. Это свйство заключается в негэнтропийности того, что противостоит человеческому физическому телу как пространственные образования — вещи, предметы. Негэнтропия внешняя представляет собой количество информации, которая заключена в устройстве вещей и предметов и в их устойчивых отношениях. С точки зрения “информационного подхода” негэнтропия предполагает наличие моделей в информационных центрах систем, которые реализуются с вероятностями тех или иных значений, и эти значения позволяют говорить о негэнтропии, когда вероятности реализации моделей близки к единице в определённом для данной системы объёме пространства-времени. Таким образом, земная поверхность состоит из систем с такими структурными и функциональными моделями, реализация которых определяет состояние среды их существования называемое “земной твердью”. Современная физика пока ещё не заинтересовалась той информацией, которая организует мир, называемый нами “физическим”. Но человек изучая себя уже пришёл к пониманию того, что в человеческой деятельности, в познавательной особенно, есть такое понятие, которое “не является ни энергией, ни материей”, а просто информацией, значение которой огромно.

Мир противостоит человеку и это есть пространство. Человек в своей материальности как физическое тело противостоит миру. И это тоже есть пространство “занятое” структурой человеческого тела. Это простраство есть негэнтропия, поскольку информационная модель восприятия человека человеком, называемая “образом”, всегда реализуется, когда один человек имеет дело с другим человеком. Модель может быть самой разной информационной ёмкости (массы), поэтому различные модели разных масс используются человеком для самых разных задачь — одна задача у близких друг другу людей, другая задача у врача, руководителя и т. д. А одна из общих человеческих задачь — задача определения физического облика человека в отличие от восприятия животных, растительности, ландшафта. Нет сомнения, что весь окружающий мир имеет свои модели восприятия человеческого тела как пространства, “занятого” некой материальной структурой. Когда человек оказывается в их информационном “поле,” эти системы выполняют свою задачу общую для всех систем — сохранение своей целостности в пространстве, — для чего у окружающего мира есть модели отношений с человеческим телом как с локальным пространством-временем, занятым квантово-физическими системами, квантово-химическими, биохимическими, физиологическими, биологическими, психологическими, социальными и общефизическими (гравитационно-инерциальными, оптическими, звуковыми, тепловыми), объединёнными в целостность, называемую “человек”.

Если предположить, что всякая система имеет цель самосохранения, а саморазвивающаяся система ещё и цель развития, то исполнение цели предполагает постоянное пополнение внутренней негэнтропии. Для человека исполнение цели самосохранения и саморазвития предполагает восполнение негэнтропии организма в процессе его жизни в виде потребления пищи (воды), реализации инстинкта размножения и защиты от окружающей среды. Пищу человек может найти в окружающем мире. Первобытный человек, покинув “с утра” своё жилище, выходил на поиск пищи в условно свободное пространство. При этом пространство уже представляет собой некоторую негэнтропию в виде “земной тверди”. Поэтому с большой долей условности можно сказать, что это пространство двухмерно. Но в этой двухмерности пространства нахождение пищи равновероятно во всех радиальных направлениях от точки нахождения человека — пространство многомерно. Время нахождения пищи также неопределённо, и в целом представлено светлым временем суток. Такой процесс энтропиен как в пространстве так и во времени при условии, что человек ещё не имеет моделей изменения плотности вероятности нахождения пищи ни в пространстве, ни во времени, обусловленных, например, знанием о том, что звери собираются в локальном месте пространства и времени на водопой и во время водопоя. Единственно определённым, то есть негэнтропией, является условно плоское пространство, по котрому человек передвигается в поисках пищи.

Но эта негэнтропия (плоское пространство) является таковой только по отношению к энергии движения человека. По отношению же к цели “найти пищу” она обращается в энтропию. Поэтому по отншению к “пищевой” цели это пространство является потенциальным пространством. А актуальным пространством является точка (point) на которую ступает одна ступня ноги шагающего человека в момент (instants), когда эта ступня соприкасается с пространством почвы. Поэтому мы можем сказать, что энергия шагания состоит из квантов точка-момент , где точка есть локальное место соприкосновения двух чужеродных пространств с взаимным отталкиванием, а момент есть длительность этого взаимодействия.

Рассматривая процесс шагания мы должны признать, что он осуществляется автоматически. Это значит, что мы не входим в рассмотрение информационных процессов, управляющих шаганием. (Но это не означает, что мы не можем этого сделать. Например, мы совершенно определённо знаем, что только благодаря информации человек научается ходить вертикально. Кроме того мы знаем, что на физиологическом уровне шагание обеспечивается информацией, передаваемой по нервной системе в виде электрических импульсов. Но мы ещё не только не знаем, но даже и не предполагаем, что в химических процессах, которые обеспечивают сокращение мышечных волокон, есть информация, а что есть энергия).

Пока процесс шагания происходит автоматически, без явного (осознаваемого) участия информационного центра, этот процесс протекает в дискретном, действительном пространстве-времени, где каждый “квант” шагания есть точка в пространстве и настоящий момент, понимаемый как энергия. Проблема пространства-времени, так как она понимается на бытовом, научном и философском уровнях в этом энергетическом процессе не возникает и не осознаётся (“...мы не определяем энергию…”). Но она возникает в проекции на цель, которая в данном случае определяется как “нахождение пищи”. Каждый шаг “срабатывает” пространство-время, оставляя его в прошлом, переходя в будущее, которое возможно лишь при наличии свободы. Размерность пространства-времени “прошлое —- настоящее — будущее” неявно определена целью “найти и съесть”. Это пространство-время цели определено внутренними свойствами организма. Причём внутреннее пространство-время определяется генетически его устройством — централизацией “входа” пищи и временными характеристиками, которые без больших подробностей можно назвать “критическими”. Сигналом о том, что время срабатывается, приближаясь к критическому, является возрастание чувства голода.

Чувство голода является следствием того, что физиологические модели переработки пищи внутри организма и снабжения негэнтропийными элементами узлов по переработки энтропии “входа” в негэнтропию “выхода” (что понимается как снабжение клеток организма питателными веществами) перестают реализовываться с ожидаемой вероятностью. В результате информационная негэнтропия устойчивого биохимического процесса переходит в отрицательную негэнтропию. А это воспринимается информационным центром как “случайное”, то есть энтропийное событие. Поэтому информационный центр реагирует “возбуждением” (воздействие на log pi.). Возбуждение активизирует поиск пищи, ускоряя и разнообразя движение.

В соответствии с рассмотренной ранее зависимостью между вероятностью реализации ожидания и возрастанием логарифма этой вероятности, понимаемой в “информационном подходе” как “воля” ( множитель pi log pi), можно предположить, что наибольшей силы сигнал о голоде и соответственно наибольшая активность достигаются при вероятности реализации пищевой модели равной 0, 37.

При нахождении пищи и утолении голода совершается информационный акт в виде реализации пищевой модели. Этот акт есть та же самая точка-момент энергетического обмена, а точнее поглощения “кванта” энергии, где “квантом” энергии выступает та система, которая была поглощена в виде пищи. Таким образом, “настоящее время” есть момент реализации пищевой модели в действительном пространстве, где эта пища найдена, и которое определяется как “точка”.

Соответственно “прошлым временем” будет время поиска “настоящего момента”, а будущим временем будет время следующего поиска. Прошлое пространство связано с настоящим энергетическими”квантами”-шагами, а будущее пространство включает в себя прошлое и несколько расширенное неизвестное. Это позволяет сказать, что моделью будущего является несколько улучшенное прошлое. (Возможны кардинальные изменения моделей будущего, что подготавливается предварительным информационным развитием).

Возвращение “домой” есть обратное движение в действительном пространстве, степень обратимости которого определяется памятью. Актуальность пространства в движении “домой” определяется только по отношению к процессу шагания.

Следующее утро начинается повторением шагания. Но в этом случае поверхность земли, оставаясь актуальным пространством для энергетики шагания, уже является информационным пространством по отношению к жизненноважной цели “найти и съесть”. Получается, что потенциальное пространство и информационное пространство тождественны. Ландшафт в данном случае выполняет роль координатной сетки. (В ньютонианской физике, как известно, признавалось наличие независимого пространства, состоящего из точек, в которых могли в различные моменты времени появляться тела. Поэтому не будет неожиданностью, если кто-либо будет считать ландшафт независимым и абсолютным пространством, в котором возможно “бесцельное убивание времени”). Актуальным пространством в данном случае по-прежнему является та точка пространства, в которой будет найдена пища. А прошлый опыт нахождения пищи в некоторой точке является информационной моделью “снимающей” потенциальность пространства знанием “прошлого”. Реальное пространство, являющееся “координатной сеткой” служит реализации “принципа наименьшего времени” (в физике “принцип Ферма”) при движении к цели “найти и съесть”. Довольно быстро человек обнаруживает, что некоторые области пространства-времени оказываются преимущественными по реализации цели “найти и съесть”. Это может быть скоплением в пространстве полезных растений, плодоносящих в определённое время, или скопление животных в местах обилия для них пищи или воды.

Переход человека от свободного собирательства плодов земли и свободной охоты на животных к осёдлому земледелию и скотоводству “снимает” энтропию пространства-времени. И это происходит благодаря длительному процессу формирования новых информационных моделей — информационном процессу, идущему параллельно энергетическому. Теперь пространство нахождения пищи локально определено “своим участком земли”, а время распределено на периоды последовательных действий по ведению хозяйства. Конечная цель “найти и съесть” определяет — при таком способе жизни, — размерность пространства-времени, которая становится продлённой в далёкое будущее. (С момента возникновения осёдлого земледелия прошло уже много веков, а оно существует и сейчас в несколько модифицированном виде). Размерность пространства “квантовано” принадлежностью участков возделываемой земли тем или иным информационным центрам (собственникам), в которых сосредоточена информация о ведении хозяйства, и которая (квантованность) может исторически изменяться. А время “квантовано” сезонными периодами созревания сельскохозяйственных культур и циклом воспроизводства домашних животных. Другой тип “квантования” связан с личным временем жизни информационного центра (собственника). Таким образом получается, что “укрупнённо” пространство-время актуализируется, то есть является настоящим точкой-моментом тогда, когда завершаются хозяйственные циклы в пространстве хозяйства. Но такой укрупнённый “квант” энергии обеспечивается всем “контекстом” хозяйственной жизни, когда в каждую секунду настоящего времени в той или другой точке хозяественного пространства совершается негэнтропийный информационный акт вида “модель —- реальность — ответ ДА”. При этом укрупнение постепенно размывается укрупнением “низкого порядка”. Например, по отношению к главной цели “найти и съесть”, то есть по отношению ко всему целому процессу ведения хозяйства, вскапывание какого-то участка земли выглядит “локальной целью” со своими размерностями пространства-времени (скажем, “гектар-неделя”), а по отношению к этой цели каждое втыкание заступа в почву, выглядит “элементарным квантом энергии”, обеспечивающим проявление “кванта энергии более высокого уровня”.

В элементарном действии (кванте энергии) время и пространство настоящее и точечное. В данном случае модель втыкания заступа в землю и переворачивание земли есть автоматическое действие (которое, тем не менее, может быть разложено на последовательный ряд уровней квантования — физиологический, биохимический, квантово-химический, квантово-физический). В автоматическом действии, то есть в собственно энергетическом действии, момент времени определяет точку соприкосновения двух пространств. Поэтому в энэргетическом действии время и пространства взаимодействия неразрывны и элементарны в своих размерностях.

Таким образом, актуальное пространство-время имеет энергетический вид и выраженную уровневость. Размерность “точки-момента” определяется уровнем рассмотрения. Например, размерность “точки-момента” на уровне всего хозяйства будет определяться тем пространством, которое находится в собственности “хозяина”, а моментом будет время завершения хозяйственного цикла. Тогда когда хозяйственные циклы накладываются друг на друга, имеет место непрерывный рад циклов, то есть “класс событий” (Б. Рассел). Энергетический акт в своей завершённости обеспечивается всей множественностью промежуточных актов, совершающихся в “хозяйственных подразделениях”. Размерности пространства-времени промежуточных актов определяются размерностями их “точек-моментов”. Элементарным уровнем энергетики хозяйственного процесса (в случае отсутствия механизации и автоматизации) является уровень “работника”, который выполняет элементарные трудовые операции в виде последовательных актов “точек-моментов”, где точкой будет место соприкосновения двух пространств — пространство рук, ног или инструмента — с одной стороны, и “рабочее” пространство — поверхность земли, охапка сена или вскапываемая земля — с другой стороны в момент завершения элемента трудовой модели.

Актуальное пространство-время, определяемое по отношению к цели рассматриваемой системы может быть плотным или разреженным. Но даже очень плотное актуальное пространство-время (негэнтропия) содержит внутри себя потенциальное (информационное) пространство-время, которое сообщается с внешней средой, выходя в её бесконечность. Такое пространство-время условно можно назвать “свободным”. По мере своего развития человечество приходит к постепенному пониманию того, что потенциальное пространство, то есть пространство не занятое непосредственным человеческим присутствием, тем не менее является для него актуальным, через сложные опосредованные причинные цепи экологических систем. Поэтому небрежение к потенциальному (условно “свободному”) пространству может влиять на будущее человечества негативно.


Понятие «пространство-время» — понятие информационное.

Время как явление обнаруживает себя в случае задержки автоматического процесса. Например, задержка автоматического процесса вскапывания земли по причине появления внешнего препятствия (что понимается как изменение пространственной характеристики) приводит к “возбуждению” информационного центра, определяющего течение энергетического процесса. (Как уже не раз отмечалось, “возбуждение” инф. центра есть следствие “опрокидывания” негэнтропии процесса в энтропию, когда вместо ожидаемого ответа ДА в конце инф. акта получается ответ НЕТ, который воздействует на множитель log pi , входящий в формулу энтропии-негэнтропии в качестве показателя «эмоциональности»). Это возбуждение, понимаемое иногда как «стресс», инициирует поиск моделей преодоления препятствия, прервавшего автоматический процесс. Первая реакция на появление препятствия — агрессия по отношению к тому пространству, которое «отказывается пдчиняться» прошлым моделям управления. Поэтому самой первой «новой» моделью будет попытка преодоления препятствия «сверхсилой». Если применение «сверхсилы» приводит к возобновлению процесса, модель применения «сверхсилы» встраивается в энергетику процесса. Если применение «сверхсилы» не приводит к преодолению препятствия, то энергетика приостанавливается и начинается поиск адекватных моделей. С этого момента «время пошло». Поиск моделей происходит (вот теперь уже!) во времени, когда исследуется набор индивидуальных моделей, которые могли бы быть адекватными изменившемуся пространству (появлению препятствия). Поиск моделей может идти мгновенно и интуитивно, тогда «работает» кантовское представление о прострастве-времени как о континуальных и бесконечных не-сущностях. Поиск моделей может идти «хронологически», тогда «работает» локковско-расселовское представление о прострастве-времени как об упорядоченных сущностях, то есть о прошлых событиях, которые признаются реальностями, упорядоченными отношением «раньше»-«позже». Мне представляется, что процесс поиска моделей происходит несколько разновременно в общем информационном пространстве индивидуальной памяти. Сначала «мгновенно» охватывается всё пространство-время памяти, а затем конкретизируется та модель, которая «показалась» подходящей. Поскольку индивидуальное информационное пространство локализовано в индивидуальном информационном центре (пространство определено), то с внешней стороны поиск подходящих моделей преодоления препятствия «выглядит» как процесс происходящий внутри и только во времени, хотя в этом индивидуальном информационном пространстве могут находиться модели, принадлежащие «иным» и «другим» системам — внешний опыт. Со стороны это выглядик как «время идёт, а этот пахарь стоит».

При отсутствии в индивидуальной памяти адекватных моделей преодоления препятствия, скрытый для посторонних глаз внутренний поиск моделей обнаруживается. Тогда процесс переходит во внешнее пространство, но проявляет он себя информационно. То есть, ищется контакт с другими людьми для того чтобы вместе «найти выход из создавшегося положения». Когда модели найдены, процесс снова переходит в энергетическую фазу, которая характеризуется своими «квантами» взаимодействия двух пространств в настоящем моменте времени. После преодоления препятствия автоматика процесса восстанавливается, а новые модели, если они оказываются применимыми для типичных, повторяющися случаев, встраиваются в автоматику энергетического процесса, и лишь изменяют вид «кривой» цельного энергетического процесса.

Представив в воображении некоторое компактное производство, можно выделить в нём множество точек-моментов энергетического пространства-времени, и это множество будет представлять собой «квантованное» актуальное пространство и актуальное время трудовых операций, связанных последовательностью во времени «раньше-позже» и пространственной упорядоченностью. Этот негэнтропийный процесс можно описать, изобразить, например, в виде технологической карты. И тогда это будет негэнтропийная информационная модель действительного энергетического процесса. Но в сознании участников этого процесса и в информационном центре — в голове у хозяина — хранится «голограмма» его в динамике, то есть в единстве информационной энтропии-негэнтропии.

Информационная модель в виде технологической карты, даже если она очень подробнаяя не отражает бытовой реальности. Она не отражает бытовой реальности потому, что она, хотя и содержит переменную t как время течения трудовых процессов, но не содержит чувства.

Если представить поведение хозяина — деятельность информационного центра, — то его поведение по отношению к хозяйству насыщено чувствами. Самое общее их выражение называют “чувством хозяина”. Это чувство двояко. С одной стороны — это “гордость”, то есть осознание владения инфрмационной ёмкостью (массой) и своей способности к управлению ею. С другой стороны — это “забота”, то есть ожидание возможности проявления неуправляемости в процессе производства. Приведём одну цитату из книги Эндрю Гроува “Выживают только параноики”. “Прогресс заставляет нас быть параноиками — по крайней мере, в деловой сфере нашей жизни… Когда дело касается бизнеса, я верю в паранойю. Успех в бизнесе несёт в себе семена саморазрушения. Чем более вы успешны, тем больше вокруг людей, которые хотят захватить часть вашего бизнеса, а потом ещё и ещё, пока ничего не останется… Объекты моей паранойи бывают разными. Я беспокоюсь, когда товары придерживают и когда их выпускают преждевременно. Я переживаю, если заводы плохо работают, и волнуюсь, когда у нас слишком много заводов. Я не уверен, тех ли людей нанимаю, и переживаю, если их дух ослабевает". (Цитата взята из "Компьютерры" № 42. 2003. С.55). Если проанализировать сущность чувства (“паранойя” по Гроуву), то окажется, что эта сущность есть время. Помимо того, что в приведённой цитате есть прямые указания на временные характеристики, указывающие на предмет “беспокойства”, есть примеры использования термина “переживание”. Переживание есть не что иное, как попытка “заглянуть” в будущее, которое может нести отрицательный потенциал, есть попытка сконструировать будущее так, чтобы избежать отрицательных моментов. И переживание есть возврат к прошлому для поиска истоков прочности или непрочности, которые могут сказаться в будущем.

Обратимся снова к работе Н. Мотрошиловой, в которой проводится исследование кантовских представлений о прострастве и времени. Она пишет (С. 371): “Пространство как “чистая” форма “работает” только тогда, когда имеет место эмпирическое созерцание предметов вне нас, внешних тел. Время же прямо, непосредственно организует “внутренние явления”, или “внутренние состояния”, души, а через них — косвенно — и внешние явления. Поэтому, согласно Канту, форма времени более универсальна для мира явлений, чем форма пространства.

Далее Кант ещё более конкретно определяет, что такое время как “чистое созерцание”. Это своеобразное “чистое схватывание” отношений последовательности и одновременности в наших представлениях, причём созерцание их как “одного-единственного” (небеспредметного, но не отдельного вещественного) бесконечного образования”.

Если допустить, что “хозяин” не имеет склонности к философии и поэтому не может ощущать себя как часть мироздания в его временной бесконечности, он всё-таки имеет представление об истории своей собственности и об истории своей жизни. Это представление есть прошлое время его собственности, которое может быть значительно продолжительнее его собственного времени жизни — как “сколько себя помню…”. Это время “небеспредметно” (см. цитату), но и не “отдельное вещественное”. Это время — чувство, то есть информационная энтропия неопределённых пространственно-временных размерностей, в области которой все предыдущие события находятся в диссоциированном состоянии. Но все эти прошлые события относятся к его Я, к данному информационному центру, то есть они внутренние. Под влиянием какого-либо события настоящего, из энтропии прошлого пространства-времени могут “всплывать” события прошлого совершенно произвольно без какой-либо хронологической последовательности.

Будущее пространство-время — есть ожидание улучшенного состояния настоящего. И эта энтропийная область ожидания по временной составляющей совершенно неопределённа и продлевается неясным чувством в вечность либо через потомственное продление, либо с помощью религии (или восточной философии). Пока настоящее протекает в автоматическом режиме без помех, информационный центр нацелен на будущее в различной степени приближения. Наиболее определённым является ближайшее будущее (планы), а по мере продвижения мысли дальше по оси времени, оно становится всё более и более неопределённым (ожидания “плохо”-“хорошо”). В случае, если в хозяественном механизме происходит “сбой”, начинает “работать”, уже рассмотренная схема “возбуждения”. “Стресс” и его последствия зависят от того, как осмысливается угроза будущему. Воображение рисует информационную пространственно-временную картину будущего. В информационной картине пространство не есть действительность, а время действительно, так как оно отвлечено от настоящего энергетического процесса и перешло в информационный, и это отвлечение тем сильнее и продолжительнее, чем опасней выглядит препятствие автоматичекому течению производственного процесса. Во время “возбуждения”, во время поиска адекватных моделей сознание постоянно “мечется” между прошлым и будущим до тех пор пока не будет найдено подходящее решение, свободное от законодательных запретов (иногда и перешагивающее через такой запрет).

Будущее может осваиваться негэнтропийно. Тогда в его основу закладывается информационная негэнтропия — проекты, основанные на расчетах, договоры и т. п., в которых пространственно-временные отношения строго определены.

Настоящее в производственно-хозяйственной жизни получает своё концентрированное выражение в системе КАНБАН (точно во время), применяемой (?) на японских автомобильных заводах. В этой системе рассредоточенная пространственная негэнтропия дополняется временной негэнтропией в такой степени слитности, что процесс выглядит чисто энергетическим. Но эта энергетика обеспечивается огромным количеством информации, значительная часть которой есть время, поскольку она готовилась в индивидуальных информационных центрах в виде раздумий, размышлений, поисков решений, интуитивных озарений и т. п. Значительно меньшая часть информации представляет собой негэнтропийный процесс — расчёты, чертежи и другие документы, имеющие обязательный характер.

Негэнтропия информационная тоже представляет собой «класс событий», которые являются точками-моментами. Каждая буква, каждая цифра документа в процессе его изготовления встречается с информационным пространством норм, правил, расчётных формул в момент времени. А готовый документ являет собой последовательный класс событий «отработанного» прошлого. Пространство, в котором проявляют себя информационные «точки-моменты» есть инфформационное пространство, которое всегда индивидуально, даже тогда, когда документ готовят институты.

Собственно говоря, вся наука представляет собой информационное пространство в той или другой степени соответствующее действительному пространству. Наука есть информационная негэнтропия, но по отношению к действительности она есть энтропия, поскольку положения науки можно применять, а можно не применять. Поэтому наука по отношению к действительности есть время, хотя в информационной области она является пространством. Иными словами — информация существует в действительном времени и не существует в действительном пространстве. Например, зрительное восприятие действительного слона, находящегося в полукилометре от наблюдателя, это информация. Она существует в действительном времени. Но она не существует в действительном (актуальном) пространстве, поскольку слона нельзя потрогать (это не относится к случаю, когда наблюдатель вооружён снайперской винтовкой). Эта информация существует в информационном пространстве. Действительное же пространство будет то, где стоит наблюдатель, и действительным пространством будет то, где стоит слон. Всё другое пространство, где находятся слон и наблюдатель, будет потенциальным или информационным пространством до того момента, когда возможно эти два пространства сойдутся во взаимодействии.

Информацию о потенциальном пространстве человек получает при помощи зрения.

В книге американского учёного Д. Марра (David Marr) «Зрение. Информационный подход к изучению представления и обработки зрительных образов» (М. «Радио и связь» 1987.) можно обнаружить и принцип относительности пространства, отрицающего ньютонианское представление об абсолютном пространстве, и напоминание об осторожности «геометризации» естественных пространственных информационных представлений. Придётся привести довольно длинную цитату.

«Необходимость представления пространственных отношений, получение которого неизбежно сопровождается осложнениями, связанными с определением того, что должно быть представлено в явном виде, а что можно оставлять в неявном, порождает задачи, типичные и даже специфичные для зрения. Так, например, читателя не должно вводить в заблуждение (особенно если он не имеет математической подготовки) понятие «система координат», поскольку это понятие значительно более общее, чем может ему представляться. Из утверждения о привязанности к сетчатке представлений, используемых на этапе предварительной обработки зрительной информации, вовсе не следует автоматически, что некоторая декартова система координат, градуированная в минутах (единицах измерения угла), наложена тем или иным способом на зрительную кору и, как только зрительная система обнаруживает линию или яркостный переход, им некоторым образом ставятся в соответствие значения координат x и y, которые затем соответствующим образом передаются по нервной системе. Несомненно, такой процесс можно считать одним из способов получения представлений. Никто, однако, не может серьёзно относиться к предположению о том, что он используется в зрительной системе человека. Существует множество других возможностей реализации этой схемы в зрительной системе человека. Например, правдоподобным кажется использование некоторого (неявного) анатомического отображения, приблизительно воспроизводящего пространственную организацию сетчатки в сочетании с некоторым представлением, в яном виде определяющим локальные отношения (точка А отстоит на угол 5 мин. от точки В по направлению 35о ).

Существенной особенностью привязки к координатам сетчатки является то обстоятельство, что пространственные отношения при таком представлении соотносятся с двухмерными отношениями, определёнными на сетчатке наблюдателя, а не с трёхмерными, действующими в среде наблюдателя, и не с двухмерными, определёнными на сетчатке какого-то другого наблюдателя и не с трёхмерными, заданными относительно некоторой внешней опорной точки, например горной вершины. Утверждение типа “точка А изображения расположена ниже точки В изображения является утверждением, относящимся к системе координат сетчатки. Утверждение типа “кисть руки расположена ниже и левее груди” является утверждением, относящимся к Вашей индивидуальной трёхмерной системе координат — системе координат наблюдателя. Утверждение типа “у этого кота кончик хвоста находится выше и слева от его туловища” является утверждением, относящимся к системе координат данного кота. Все эти примеры иллюстрируют вполне добротные способы приближённого задания пространственных отношений, хотя ни один из этих способов не предусматривает использования набора чисел. Каждой из координатных систем можно поставить в соответствие количественные характеристики (как если бы, скажем, использовались координаты x, y, z), что, однако, никак не означает обязательности именно такой реализации. Необходимо иметь это ввиду». (С. 55.)

Представление о физических свойствах реальных вещей, что собственно и есть представление о пространстве, таких как: объёмность, жёсткость или изменчивость форм, текучесть и др., а также представление о пространстве удаления вещей — формируется у человека в значительной степени при помощи зрения (говорят, что около 80%). Однако представляется сомнительным предположение о том, что представление о пространстве могло бы сформироваться только и исключительно при помощи зрения. Такое предположение неявно вытекает из попыток смоделировать зрительные процессы на компьютерах с использованием элементарного знания о зрительных процессах, протекающих у животных и человека без опоры на негэнтропию действительных point instants. Учитывая, что зрительная информация — это «чистая» информация, то есть энтропия дуализма бытия, следует предположить, что полное качество представления о пространстве может быть сформировано только при совместном действии энтропии и негэнтропии бытия. Негэнтропией бытия в данном случае выступает механическое (энергетическое) соприкосновение с границами пространства, занятого другой вещью — ощупывание вещи, а также перемещение в пространстве до вещи, чтобы дистанция определялась не только с помощью диспаратности в процессе стереопсиса, но и с помощью, условно говоря, «числа шагов», то есть через актуализацию пространства. Вероятно также, что выбор возможного направления до вещи — приблизительная ориентация в пространстве — совершается при помощи энтропийных средств чувственной ориентации: при помощи слуха; реакции на тепло; гравитационного чувства, в том числе чувства большой массы; при помощи запаха.

5908713870862367.html
5908782611134944.html
5908904365041746.html
5909157069178785.html
5909276466679499.html