А. А. Шевченко (sriaurobindo(a)mail ru), В. Г. Баранова - страница 25

^ ГЛАВА 10


ЙОГИН-РЕВОЛЮЦИОНЕР


Таковы открытия ментального, витального, физического и психического

порядка, сделанные Шри Ауробиндо - он сделал их в возрасте между двадцатью и

тридцатью годами, продвигаясь в одиночку, шаг за шагом, просто следуя нити

сознания. Примечательно то, что он практиковал йогу при всех обстоятельствах

- даже тогда, когда это считается невозможным: во время своих лекций по

французской и английской филологии в государственном колледже в Бароде, во

время работы при дворе махараджи и все больше и больше - непосредственно в

своей подпольной работе. Те ночные часы, которые не были посвящены изучению

его родного языка, санскрита, или политической работе, Шри Ауробиндо

проводил за сочинением стихов: "У Ауробиндо была привычка писать стихи до

глубокой ночи, - вспоминает его учитель бенгальского языка, - и он,

естественно, вставал утром не слишком рано. ... Перед тем, как начать, он

сосредотачивался на минуту, а затем стихи потоком лились с его пера". После

сочинения стихов Шри Ауробиндо переходил к своему опытному сну. В 1901 г. в

возрасте двадцати девяти лет он женился на Мриналине Деви и пытался

разделить с нею свою духовную жизнь: ^ Я ощущаю все признаки и симптомы

[предназначенного мне пути], - писал он ей в письме, найденном в архиве

британской полиции. - Я хотел бы взять вас с собой в этот путь. Но Мриналини

не поняла его; Шри Ауробиндо остался один. Тщетно мы будем искать в жизни

Шри Ауробиндо те трогательные или чудесные истории, которые украшают жизни

великих святых или мистиков, напрасными будут и поиски сенсационных

йогических методов; все кажется настолько естественным, что ничего нельзя

увидеть - как и в самой жизни. Может быть, он находил больше чудесного в

обыкновенном, чем в необыкновенном: ^ Со мною все иначе, все необычно, - писал

он в письме Мриналини. - Все полно глубины, и чудно для тех очей, что

зрят1. И, возможно, именно это хотел он открыть нам своим

примером, своей работой, своей йогой - все те неведомые богатства, которые

скрыты под коркой обыкновенного: ^ И жизни наши - это тайна, что глубже всех

фантазий наших2. Если бы мы только знали, насколько пусты внутри

наши так называемые "чудеса", лишенные реальной ценности, эти магические

фокусы для взрослых; как только человек обретает знание, которое хоть

чего-то стоит, он видит, что все это лишь прелестные картинки и что Истина

проще всех этих сверхъестественных ухищрений. По мере своего продвижения в

йоге Шри Ауробиндо оставлял позади себя всю эту феерию образов ради того,

что он называл духовным реализмом3 - не потому, что он не любил

прекрасные образы - ведь он был поэт! - а потому, что он понимал, что эти

образы могли бы быть гораздо более прекрасны, если бы они воплотились в

физической реальности на земле, если бы сверхфизическое стало бы для нас

обыкновенным физическим, видимым невооруженным глазом. То, что Шри Ауробиндо

сделал потустороннее естественным и достиг спокойного господства над жизнью,

стало возможным благодаря лишь тому, что он никогда не делал различия между

двумя мирами: ^ Моя жизнь и моя йога со времени моего приезда в Индию всегда

были как посюсторонними, так и потусторонними без всякого ущерба для

какой-либо из сторон, - писал он ученику. - Все человеческие интересы, я

полагаю, являются посюсторонними, и многие из них вошли в мою ментальную

сферу, а некоторые, как, например, политика - и в мою жизнь, но в то же

время с того момента, как я ступил на набережную Apollo Bunder в Бомбее, у

меня появились духовные переживания, причем они не были отделены от этого

мира, напротив, внутренне они теснейшим образом опирались на него - как,

например, переживание Бесконечного, наполняющего собой материальное

пространство, или Имманентного, которое присутствует в материальных объектах

и телах. В то же самое время я обнаружил, что выхожу в сверхфизические миры

и планы, которые имеют влияние и воздействие на план материальный, - таким

образом для меня оказалось невозможным создание четкого разграничения или

непримиримого противоречия между тем, что я называю двумя полюсами

существования, и всем тем, что лежит между ними. Для меня все есть Брахман,

и я нахожу Божественное повсюду4.


^ Проблема действия


Духовный реализм Шри Ауробиндо проявился, прежде всего, в его

революционной деятельности. Вскоре была составлена программа, состоявшая из

четырех пунктов: пробудить Индию к мысли о независимости, для чего будет

достаточно газетных статей и политических речей; поддерживать умы людей в

состоянии постоянного возмущения, протеста (в начале столетия он был

определенно одним из первых - вместе с другим героем Индии, Тилаком, - кто

заговорил о полном освобождении, пассивном сопротивлении и несотрудничестве;

Ганди появится на политической арене лишь спустя пятнадцать лет);

преобразовать партию Индийский конгресс и ее робкие требования в

экстремистское движение, недвусмысленно выдвигающее идеал абсолютной

независимости; и, наконец, тайно подготовить вооруженное восстание. Вместе

со своим братом Барином он начал организовывать партизанские отряды в

Бенгалии под прикрытием спортивных и культурных обществ; он даже отправил за

свой счет одного своего человека в Европу, чтобы тот ознакомился с

технологией изготовления бомб. Когда Шри Ауробиндо говорил: ^ Я - не

бессильный моралист и не слабый пацифист5, это были не пустые

слова. Он достаточно подробно изучил историю Франции, а также итальянскую и

американскую революции, чтобы знать, что вооруженное восстание в некоторых

случаях может быть оправданным; ни Жанна д'Арк, ни Мадзини, ни Вашингтон не

были проповедниками "ненасилия". Когда к нему в Пондичерри в 1920 г. прибыл

с визитом сын Ганди, чтобы обсудить концепцию ненасилия, Шри Ауробиндо

ответил ему простым и конкретным вопросом: "Что вы будете делать завтра,

если со стороны северных границ на Индию будет совершено вооруженное

нападение?" Двадцатью годами позже, в 1940 г., Шри Ауробиндо и Мать открыто

встали на сторону союзников, в то время как Ганди в порыве чувств, которые,

несомненно, достойны похвалы, послал открытое письмо британскому народу,

убеждая его не поднимать оружия против Гитлера, а использовать вместо этого

лишь "духовную силу". Поэтому здесь представляется уместным прояснить

духовную позицию Шри Ауробиндо в отношении насильственных действий.

^ Война и разрушение, - писал он, - это всеобщий принцип не только нашей

жизни здесь в ее чисто материальных аспектах, но и нашего ментального и

морального существования. Совершенно очевидно, что в действительной

человеческой жизни - интеллектуальной, социальной, политической, моральной -

мы не можем сделать ни одного реального шага вперед без борьбы, без битвы

между тем, что существует и живет, и тем, что стремится существовать и жить,

а также всем тем, что находится за каждой из этих сторон. Невозможно - по

крайней мере до тех пор, пока люди и положение вещей находятся в их

теперешнем состоянии, - продвигаться вперед, расти, работать и при этом

соблюдать по-настоящему и до конца тот принцип непричинения зла, который

все-таки стоит перед нами как высший и лучший закон поведения. Будем

использовать исключительно душевную силу и никогда не будем ничего разрушать

войнами или применением физического насилия даже в целях обороны? Хорошо,

хотя душевная сила и эффективна, но между тем асурическая сила в людях и

нациях топчет, разрушает, убивает, сжигает, оскверняет - как мы видим это

сегодня, свободно и беспрепятственно, - и своим невмешательством вы, может

быть, причиняете столько же разрушения, как и другие, прибегающие к насилию.

^ ... Для того, чтобы закон борьбы и разрушения полностью исчез из этого ми��а,

недостаточно, чтобы наши руки оставались чистыми, а души - незапятнанными;

необходимо для начала, чтобы его корень был удален из человечества*. Гораздо

в меньшей мере будет способствовать уничтожению этого закона обыкновенная

неподвижность и инерция, не желающие или не способные использовать какой бы

то ни было способ сопротивления злу; инерция, тамас, приносит на самом деле

гораздо больше вреда, чем (динамический) раджасический принцип борьбы,

который создает в конечном счете больше, чем разрушает. Поэтому относительно

проблемы индивидуальной деятельности можно сказать, что воздержание от

борьбы и неизбежно сопутствующего ей разрушения в их наиболее грубой форме

может помочь собственному моральному существованию индивида, но не

затрагивает Убийцу живых существ6.

Все развитие мысли Шри Ауробиндо и его практической позиции по

отношению к войне, начиная его подпольной работой в Бенгалии и кончая уходом

в Пондичерри в 1910 году, связано с проблемой метода: как вернее всего

поразить этого "Убийцу живых существ", "Пожирателя", как называли его риши

Вед? И от независимости Индии Шри Ауробиндо перешел к независимости мира.

Ибо по мере того, как он продвигался в своей йоге, он все более и более

осознавал посредством опыта, что скрытые силы находятся не только за самими

нашими психическими нарушениями и расстройствами, но и за нарушениями и

расстройствами мира - все приходит, как мы уже говорили, из другого

источника - и что если наше невмешательство не затрагивает Убийцу существ,

то и войны наши, конечно, тоже не уничтожают его, хотя практически мы не

можем пока обойтись без войн и нам приходится иногда пачкать свои руки. В

самый разгар первой мировой войны Шри Ауробиндо написал слова, полные

пророческой силы: ^ Поражение Германии ... само по себе не может убить тот

дух, который в Германии воплотился; оно может вести к новому воплощению

этого духа - возможно, в каком-нибудь другом народе или же другой империи -

и тогда всю битву нужно будет вести вновь. До тех пор, пока живы старые

боги, разрушение или подавление тела, в котором они живут, не имеет большого

значения, ибо они прекрасно знают, как переселяться. Германия победила

наполеоновский дух во Франции в 1813 г. и разрушила основы ее господства в

^ Европе в 1870; та же Германия стала воплощением того, что было ею свергнуто.

Этот феномен способен легко возродиться в более грозном

масштабе7. Сегодня нас уже не нужно убеждать в том, что старые

боги знают, как переселяться. Увидев, как все годы ненасилия завершились

ужасными насилиями, которыми было отмечено разделение Индии в 1947 г., сам

Ганди незадолго до своей гибели с горечью говорил: "Мы снова встали на

позиции насилия, которому мы тайно позволили жить в себе, и хватаем друг

друга за горло, когда дело дошло до разделения власти. ... Теперь, когда

сброшено иго зависимости, все силы зла вышли на поверхность". И все потому,

что ни насилие, ни ненасилие не затрагивают корней Зла. В середине второй

мировой войны, когда Шри Ауробиндо открыто встал на сторону союзников, так

как это было единственным практическим шагом, который можно было сделать, он

писал ученику: ^ Вы пишете, как будто то, что происходит теперь в Европе, -

это война между силами Света и силами Тьмы, но это, как, впрочем, и то, что

происходило во время первой мировой войны, совсем не так. Это битва между

двумя видами Неведения. ... Глаза йогина видят события, людей и причины не

только во внешнем аспекте, они прозревают и гигантские силы, ввергающие их в

действие. Если люди, которые воюют, - это орудия в руках правителей,

финансистов и т. д., то и те в свою очередь - марионетки в лапах этих сил.

Когда человек привыкает видеть явления по ту сторону вещей, он уже не

склонен захватываться их внешним аспектом или ожидать какой-либо помощи от

политических, общественных или социальных изменений8. Шри

Ауробиндо сумел осознать и эти "гигантские силы", действующие за

поверхностью явлений, и постоянное проникновение сверхфизического в

физическое; его энергия была сосредоточена уже не на проблеме морали

"насилие или ненасилие" (это, в конце концов, довольно поверхностный

подход), а на вопросе эффективности; он ясно видел - опять же посредством

опыта, - что для того, чтобы излечить мир от зла, для начала необходимо

излечить "то, что составляет его основу в человеке", он видел и то, что

невозможно ничего исцелить вовне, не исцелившись прежде всего внутри, ибо

это - одно и то же. Нельзя управлять внешним, не умея управлять внутренним,

ибо это - одно и то же. Мы не можем преобразовать внешнюю материю, не

преобразовав нашей "внутренней" материи, потому что это снова одно и то же.

Есть только одна Природа, один мир, одна материя, и до тех пор, пока мы

подходим к проблеме с ложного конца, мы никуда не придем. Если же такое

разрешение покажется нам слишком непосильным, то тогда не на что надеяться

ни человеку, ни миру, потому что все наши внешние панацеи и слащавая

добродетель обречены в конечном счете на уничтожение этими скрытыми силами:

^ Есть единственный выход, - писал Шри Ауробиндо, - это нисхождение сознания,

которое не является марионеткой этих сил, которое более велико, чем они, и

которое может заставить их измениться или исчезнуть8. Именно к

этому новому, супраментальному сознанию двигался Шри Ауробиндо в самой гуще

своей революционной работы.


... ^ И, может быть, тщету всех упований испытав,

Мы к совершенству ключ внутри обрящем.


... We may find when all the rest has failed

Hid in ourselves the key of perfect change9.



6178928774585171.html
6179011988832265.html
6179079836667149.html
6179206229321687.html
6179385347746619.html